ARSENICUM ALBUM

ARSENICUM ALBUM

Все что нужно выполнить стоит перевыполнить

Анонимное высказывание

Вышеприведенный эпиграф точно раскрывает сущность личности Arsenicum album и открывает широкие возможности в создании портрета этого сильного, прожектерствующего и временами несдержанного конституционального типа.

Изготовленное из бесцветного окисла мышьяка, это лекарственное средство наглядно демонстрирует парадокс, свойственный закону лечения подобным как основному закону гомеопатии, — самые сильнодействующие яды могут быть наилучшими лекарствами.

Arsenicum album традиционно описывается как человек «породистый» худощавый, с тонкой костью и тонкими волосами, с нежной кожей, орлиным носом и аристократическими чертами лица. Цвет лица может быть бледным, почти алебастровым (Sihcea), переходя в тускло-белый, пепельно-серый или даже синеватый во время болезни. По темпераменту Arsenicum album напоминает скаковую лошадь нервный, беспокойный, напряженный, «раздражительного нрава» (Ганеман), потеющий легко и обильно, способный на мощные взрывы скорости на короткие дистанции и чрезвычайно чувствительный к враждебным элементам во внешнем окружении.

Существует и такая разновидность типа Arsenicum album, как «рабочая лошадка». У такого человека приземистое или квадратное телосложение, менее утонченные черты лица, более грубая кожа, сухая и шероховатая, и (как Natrum muriaticum) он с трудом потеет. Вместо этого его лицо охватывает жар, оно «вспыхивает» от напряжения, временами появляются гиперемические головные боли. Его движения остаются быстрыми, хотя и не такими точными, как у аристократического типа, он и одет не так опрятно и заботливо, как классический тип Arsenicum album, хотя он редко бывает так неряшлив, как Sulphur Часто врачи не распознают этот физический вариант Arsenicum album только потому, что у него более толстая кожа, более массивное телосложение или более неряшливый вид.

Элизабет Хаббард даёт картину третьего варианта Arsenicum album: «это старый одр, тянущий молочную тележку, с головой, висящей у колен, хрипло дышащий, со слезящимися глазами и мокрым носом, для него вся радость жизни сосредоточена в сумке с кормом» (зависимость Arsenicum album — «улучшение от еды», Богер). Эта картина несчастья и подорванных сил узнается в пациенте, страдающем от жестоких насморков, астмы и других респираторных заболеваний.

БЕСПОКОЙСТВО

Однако все три физические разновидности типа Arsenicum album имеют одни и те же психические черты. Первой и главной из них является глубокая склонность испытывать «беспокойство» (Ганеман). Человека окружают тревоги реальные и мнимые, ощутимые и неуловимые, большие и малые, настоящие и предстоящие, видимые и скрытые. Даже когда Arsenicum album заявляет, что испытывает депрессию, и, действительно, находится в «депрессии», от него исходит меньше печали и подавленности, чем тревоги и разочарования, или в чрезвычайных крайних случаях — «сильной боли» (Ганеман) и «отчаяния» (Геринг). Тревога у человека этого типа внешне может проявляться озабоченностью по определенному поводу, общим психическим беспокойством, предчувствием неприятностей или суетливой щепетильностью. Она может быть выражена в его стремлении к совершенству, в его авторитарности и (как можно понять по эпиграфу) в стремлении к неумеренности или экстремизму. Пациент типа Arsenicum album — преследуемая (или преследующая) личность.

Однако в кабинете врача бросается в глаза прежде всего то, что отличает почти любого пациента Arsenicum album — его усиленное внимание к своему здоровью. Это совершенно уникальная черта. Его физическое благополучие или отсутствие оного представляет для него бесконечный и всепоглощающий интерес. Он придаёт своему недомоганию явно преувеличенное значение (например, припухлость под глазами утром после сна приобретает для него преувеличенное по сравнению с реальным значение), впадает в панику при появлении симптомов, которые другими конституциональными типами просто игнорируются («Доктор, Вы должны же что-нибудь сделать с этим сухим зудом на левой стороне четвертого пальца моей правой руки!»), и естественно, он воображает, что все болезни, о которых он читал, есть и у него. По иронии судьбы в гомеопатии при опросе от пациента требуется, чтобы он перечислял и вспоминал все симптомы точно, и это часто оказывается поощрением открытости Arsenicum album и свойственной ему ипохондрии.

Хотя и убеждённый в том, что никакой врач и никакая медицина не в состоянии ему помочь, временами до степени «отчаяния в жизни» (Ганеман), человек типа Arsenicum album всё же должен к кому-то обратиться. Он ходит от врача к врачу, пробуя один метод лечения за другим, пытаясь одновременно подтвердить серьезность своего болезненного состояния и обрести уверенность в возможности вылечиться. Клиника холистической медицины (холистическая медицина рассматривает организм как единое целое), где Arsenicum album может пользоваться услугами одновременно шести докторов или шести различных методов лечения с полным для этого основанием, — это настоящий рай на земле для Arsenicum album! Хотя и надеясь, что диагнозы разных врачей совпадут, он между тем любит рассказывать каждому, что сказал другой (или не сказал) о нём: «Мой врач по внутренним болезням говорит, что моя печень увеличена… но хиропрактик считает, что мои беды происходят из-за неправильного строения спинного хребта… Диетолог, которого я посетил, обнаружил, что мне не хватает… Но никто из них не может объяснить, почему меня бросает в холодный пот по ночам…» Для того, чтобы вылечить самый заурядный насморк, он вполне готов терпеть неудобства и расходы, отправляясь за сто или тысячу миль, чтобы посетить модного доктора со степенью, о котором он слышал как о «самом лучшем» специалисте по лечению его болезни. Пациенты, которые бороздят дороги в снежные бураны, смело бросают вызов бурям и забастовкам на транспорте для того, чтобы не пропустить обычный назначенный визит к врачу, — это люди типа Arsenicum album. Для них никакое требование не чрезмерно, если на карту поставлено здоровье.

Кроме того, в то время как они ненавидят болезнь, они просто обожают докторов! А в каком они восторге от процесса гомеопатического рассмотрения случая заболевания! Их притягивает гомеопатия не только теми результатами, которых она добивается, но также и возможностью обсудить свои симптомы в мельчайших подробностях. Молодой он человек или старый, всё равно его глаза загораются, когда он перечисляет свои жалобы, говорит о своём «уровне энергии», «степени хорошего самочувствия или токсичности» или «оптимальной форме». Раскрывая свои взгляды на вопросы здоровья и медицины, он как та лошадь, что почувствовала под ногами знакомую беговую дорожку и, закусив удила, помчалась по ней без оглядки. Возбуждённым голосом пациент рассказывает о недавно прочитанной книге одного замечательно проницательного автора, который «указал мне на множество всяких проблем, о которых я раньше и не подозревал, что они у меня есть, пока не прочитал эту книгу». Что за бесподобный медицинский склад ума у этого человека!

Временами кажется, что Arsenicum album просто наслаждается своей болезнью. Он предан своей бессоннице, астме или нервному расстройству и не намерен от них отказаться, потому что они хорошо ему служат: он может обсуждать их бесконечно и очень часто использует свои недомогания, чтобы привлечь внимание или утвердить свою волю. Аллен описывает одну пациентку, которая сердилась, даже приходила в ярость, «когда ей говорили о выздоровлении, которое она считала невозможным». Забавный случай из современной практики можно рассказать об одном пациенте средних лет, обратившемся к врачу-гомеопату, исчерпав все другие возможности избавиться от амебной дизентерии, подхваченной им в тропиках. Когда он вошел в кабинет врача, его самыми первыми словами были: «Я — невротик! Да, я невротик в отношении своего здоровья и знаю об этом; я чувствую, что лучше вам сказать об этом прямо так, чтобы вы точно знали, с какого рода человеком вы имеете дело». За эти слова и по его физическим симптомам ему был прописан Arsenicum album, но, придя повторно неделю спустя, когда его болезнь была в значительной степени ослаблена и когда врач выразил восторг по поводу улучшения, пациент быстро ему возразил: «Не будьте слишком оптимистичным на этот счет. Мои сны, которые, между прочим, я легко могу толковать, говорят мне ясно о том, что ещё существует множество проблем, которые следует решить, а это, как мне известно, займет немало времени».

Arsenicum album также увлекается и симпатизирует проблемам здоровья других людей, и эта тема занимает значительное место в его разговорах. Он запоминает подробности здоровья или болезни других и помнит их ещё долго после того, как забыл об этом человеке всё остальное: «А, вы тот самый, который всегда чихает двенадцать раз после того, как выпьет стакан апельсинового сока, а затем у вас чешутся уши — теперь я вас вспомнил!» Встретив друга, который раньше болел и уже успел давно забыть о своей болезни, Arsenicum album, как может показаться, заботится больше о судьбе болезни, чем о самом друге: «Что же случилось с твоим больным горлом? Ты хочешь сказать, что оно прошло просто так? По своему собственному желанию, без всякого лечения?» — спрашивает он почти с разочарованием. Или слыша обычно голодный или сердитый плач ребенка и перенося на него своё беспокойство, он говорит: «Бедный ребенок, послушайте, как он плачет! Он, должно быть, так болен, бедняжка. Интересно, что у него не в порядке?» Но он также не может слышать о чужих болезнях без того, чтобы тут же не начать воображать, что у него тоже может развиться нечто подобное, и спешит к врачу, чтобы провериться.

Женщина-Arsenicum album настойчиво тянет всю семью к тому врачу, у которого начала лечиться в настоящий момент, а затем неустанно следит, чтобы все строго соблюдали предписания врача и принимали лекарства так, как они назначены; в противном случае она становится сердитой, беспокойной и убеждённой, что «все будут болеть» (Борланд). Мать приходит в неистовое состояние от беспокойства за здоровье своего ребенка по малейшему поводу, часто до такой степени, что сама чувствует себя нездоровой, и делает всё возможное, чтобы ребенок был здоров. Однако, приведя ребенка к врачу, она ни за что на свете не может отказаться от апробации на практике нового интересного метода лечения — это выше её сил.

Arsenicum album присылает своих друзей к врачу с такой же настойчивостью, и они оказываются несколько сбитыми с толку, очутившись на приеме врача-гомеопата, ведь о гомеопатии им раньше не доводилось слышать ни единого слова. Все, что они поняли, это то, что их вынуждают попробовать что-то новое. Когда врач спрашивает такую пациентку, почему она к нему пришла, то в ответ слышит примерно следующее: «Я не совсем понимаю. Моя подруга Сара убедила меня попробовать гомеопатическое лечение, вот я и пришла!» Вот таким путем толпы новых пациентов идут попробовать гомеопатические средства лечения (в основном женщины), убежденные энтузиастами-Arsenicum album, чьи стремления улучшить собственное здоровье ведут за ними по пятам других людей.

Проявляясь в более серьезной форме, тревога по поводу болезни заставляет жить Arsenicum album в постоянном страхе. При плохом состоянии здоровья он проявляет какое-то особое неистовство. Вместо того, чтобы утихнуть, его страх нарастает по мере того, как он бросается от одного врача к другому, создавая для себя «самое невыносимое беспокойство» (Ганеман) и становясь настолько нервным в отношении своего состояния, что уже впадает в панику при одной только мысли о своей нервозности. «Агонизирующий страх смерти» (Богер) не только будит его по ночам и заставляет вскакивать с постели в ужасе, но постоянно преследует его и в течение дня: «он отчаивается, плачет и считает, что никто не может ему помочь, что он должен умереть» (Аллен). Или он воображает, что болен неизлечимой болезнью, особенно раком: «мысли о смерти и неизлечимости его… раковой… болезни» (Геринг). Даже когда все анализы дают отрицательный результат и у пациента нет тревожных симптомов, мысль о том, что кто-то из его родственников болеет или может заболеть какой-нибудь смертельной болезнью, прячется где-то на задворках его сознания, не позволяя разуму успокоиться.

Типичной в этом отношении была мать девочки-подростка с аменореей. Три дозы Natrum muriaticum 10M вызвали у девушки менструации, но мать решила проверить её на рак («чтобы обнаружить его в ранней стадии», — были её точные слова), несмотря на уверения гинеколога в том, что в проверке нет необходимости. Когда дочь выписали, мать с прекрасным здоровьем, у которой не было никаких симптомов, решила сама обследоваться (чтобы удостовериться, что в семье нет отклонений от нормы) со всеми вытекающими из этого требованиями подвергнуться бариевым и другим испытаниям и повторять их каждые два года, что даже вызвало недовольство у отвечающего за это терапевта («Проверка показала отсутствие злокачественной опухоли, но, конечно, вы никогда не можете быть уверены, так что я чувствую, что необходимо проверяться регулярно»).

Arsenicum album — это одно из наилучших средств для устранения таких необоснованных страхов. Он также отлично действует на пациентов, у которых существуют законные причины для беспокойства. Лекарство может вылечить человека от «предсердечного беспокойства» (Ганеман) и облегчить сопровождающие его «невыносимые сердечные боли» (Геринг). Он успокаивает того, кто «приходит в отчаяние, желая выздороветь» (Берике), и страшится рецидива. По сути, это одно из главных гомеопатических средств при раке, которое «поддерживает организм, находящийся под напряжением злокачественной болезни, независимо от её локализации» (Берике). Прием Arsenicum album возвращает бодрость и устраняет страх, позволяя человеку вести нормальную жизнь. При повторном визите к врачу пациент обычно говорит: «Временами мое сердце проделывает пируэт и иногда ещё сжимается в груди или не хватает дыхания, но сейчас я уже не испытываю той тревоги, которую привык испытывать раньше. Я чувствую себя лучше: лучше ем и сплю и снова радуюсь жизни впервые с тех пор, как у меня заболело сердце».

Неадекватное отношение Arsenicum album к здоровью или его беспокойное поведение во время реальной или воображаемой болезни — этот бросающийся в глаза характерный симптом часто является самым важным признаком, однозначно указывающим на необходимость назначения именно Arsenicum album.

Отсюда следует, что Arsenicum album часто требуется в очень серьезных случаях. Физические и невралгические острые боли, характерные при отравлении этим элементом, дают нам картину тех состояний, при которых может помочь гомеопатически приготовленный Arsenicum album: «самая невыносимая боль… смертельная тревога… нестерпимые боли, приводящие человека в отчаянье или неистовство… тревога неописуемая, продолжительная, упорная… чрезмерная… невыразимая психическая боль и возрастающая физическая боль: «Убейте меня, — кричит он, — или облегчите мою боль!».. ужасная тревога вспыхивает вечером, после того, как лег в постель, с дрожью и трепетом…» (Ганеман, Геринг, Аллен).

Ярким литературным описанием ущемленной психики и физических мучений при отравлении мышьяком является картина самоубийства Эммы Бовари в известном романе Флобера.

Arsenicum album также необычайно беспокоится о микробах и вызываемых ими инфекциях и борется с ними всеми доступными для него способами.

Две мамы Arsenicum album пришли в кабинет врача со своими детьми, у одного из которых был насморк, а у другого кашель. Для того, чтобы избежать заражения микробами от другого ребенка, одна из мам собрала своего и прошла в комнату, соседнюю с приемной, плотно прикрыв за собой двери. Когда кто-либо из персонала заходил в эту комнату (там обычно хранили лекарства), на минуту оставляя дверь открытой, обе мамы моментально вскакивали, чтобы её тут же закрыть, и для того, кто успевал это сделать первым, это было рискованное мероприятие. Позднее, во время консультации у врача, обе мамы высказали уничтожающие критические замечания по поводу бездумности людей, которые приводят своих больных детей в кабинет врача и подвергают других людей опасности заражения!

Arsenicum album болезненно чистоплотен. Даже подросток-мальчик содержит себя в безукоризненной чистоте, часто принимая душ, моя волосы и чувствуя непреодолимую необходимость избавиться от всякой (часто воображаемой) грязи. Некоторые моют руки постоянно, чтобы «смыть микробы» (Natrum muriaticum, Syphilinum). Практикующим врачам хорошо известны экстремальные случаи: человек мыл руки после каждого рукопожатия; другой протирал носовым платком все дверные ручки, перед тем как к ним прикоснуться, открывая двери; а Ганеман описывает одного доведённого до крайности пациента, который повсюду «не видел ничего, кроме червей и клопов, лезущих к нему на кровать, и старался от них убежать». Более обычной формой этого невроза является, когда-нибудь пережить своих детей.

Иногда этот тип можно распознать по его «необычайной нервозности при переходе через улицу» (Блеки). Человек колеблется на каждом углу, даже когда не видно машин, затем всё-таки начинает переходить, но, увидев где-то вдали движущийся автомобиль, стремглав убегает в безопасное место. В сегодняшнем высокомеханизированном обществе, где всё возрастает степень насилия, разумное осознание опасности является нормальным для любого конституционального типа, но у Arsenicum album «склонность пугаться» (Ганеман) особенно ярко выражена («Я родился испуганным и живу затерроризированным!»). Даже его сны полны тревог: «полон забот, печали, страха и опасности… пугающих штормов, пожаров, наводнений… от которых он просыпается с криком» (Ганеман).

Тревога Arsenicum album носит беспокойный, «упорный» (Кент) характер с тенденцией, как у солдата территориальной армии, волноваться по всякому поводу до смерти. Или он сам создаёт везде себе проблемы, даже когда оплакивает то, что судьба всегда ставит его перед лицом проблем и трудностей. Если он не беспокоится о настоящем, то тревожится о ближайшем или далеком будущем. Он не знает, когда или где упадет дамоклов меч («безотчетные страхи», Кент), но уверен, что он обязательно должен упасть, и поэтому человек типа Arsenicum album постоянно наготове. Его ум настолько занят будущими несчастьями («страх, что что-то произойдет», Кент), что счастливое разрешение одной проблемы просто создаёт вакуум, который будет заполнен следующей проблемой.

Пациент, перенёсший две операции по поводу язвенных кровотечений, был во власти упорных страхов: сначала он считал, что у него рак желудка, а затем, когда был поставлен диагноз «язва», он начал бояться, что умрёт во время операции. Когда же она прошла без неприятных последствий и его убедили в отсутствии злокачественной опухоли, он начал бояться, что его жена умрёт и ему придется заботиться одному о маленьких детях, хотя его жена была здорова и счастлива и не было никаких признаков приближающейся смерти. Однако этот страх никогда не покидал пациента, и он даже взял дополнительную работу, выполняя её по ночам, чтобы накопить достаточное количество денег и в случае чего иметь возможность нанять домработницу. Но если бы у него не было этой тревоги, то он бы нашел другой повод для беспокойства: «Никто не может назвать меня беспечным и безмятежным», — сказал он сам о себе. Несомненно, всё это послужило причиной серьезного нарушения работы желудка. Однако после курса лечения Arsenicum album его язвенная болезнь не повторялась, пищеварение улучшилось, он перестал беспокоиться о надвигающейся смерти жены и новый страх не появился вместо прежнего.

Другие типы Arsenicum album описывают своё состояние не настолько эвфемистически, называя себя «беспокойное зелье», и признаются, что чувствуют себя «не в своей тарелке», даже несколько обделёнными, когда им не о чем беспокоиться.

Для того, чтобы как-то управлять этими витающими в воздухе страхами, индивидуум изобретает тщательно разработанные приспособления безопасности, психологические процедуры и профилактические меры, которые не оставляют места для погрешности. При боязни взломщиков он может на ночь ставить у кровати кочергу, даже если у него установлена специальная защитная сигнальная система против воров (Arsenicum album и Natrum muriaticum — это конституциональные типы, которые больше всех «боятся грабителей», Кент, Богер). «По ночам он оберегает дом, высматривая воров; весь его дом, даже под кроватью, полон воров» (Ганеман). У одного пациента Arsenicum album была машина со специальными пристяжными ремнями; перед тем, как сесть за руль, он надевал защитный шлем, устойчивые к тряске защитные очки и не спадающие с рук перчатки; кроме того, у смотрового зеркальца висела медаль Св. Кристофера. Обеспечив всю эту физическую и психологическую защиту, он мог выезжать в относительной безопасности.

Домашняя хозяйка, которая видит в кошмарных снах, что её семья голодает, старательно запасает и перезапасает в подвалах продукты (Calcarea carbonica). Даже если она уезжает всего только на выходные дни, она загружает доверху холодильник для такой семьи, которая вполне способна позаботиться о себе сама.

Для защиты своего здоровья Arsenicum album соблюдает предосторожности в течение удивительно долгого времени, не делая никаких исключений, не идя ни на какие компромиссы. Такие пациенты заявляют, что за исключением пищи, приготовленной в хорошо им известном и проверенном ресторане, они ничего не едят, не пьют воду из-под крана в течение пяти, десяти или даже двадцати лет, а используют только кипяченую или родниковую. Это просто невероятно, если учитывать, сколько для этого требуется концентрации внимания. Вместе с тем, они пьют только ключевую воду, едят только естественные продукты, не содержащие химикатов, готовят только в стальных или керамических кастрюлях, поглощают дюжины таблеток витаминов ежегодно, пьют множество видов чая из трав и обращаются с сахаром так, как будто это «чистая отрава». Они безжалостно заставляют себя пробегать множество миль даже в самую суровую погоду или каким-либо другим путем издеваются над собой, чтобы оставаться в хорошей физической форме (в прошлом веке до того, как стало модным бегать трусцой, Arsenicum album старался «ходить дальше, чем ему было необходимо, и больше, чем мог выдержать» (Ганеман). Может, они и правы, но их усилия чрезмерны. Думается, что они могли бы достичь тех же результатов, пользуясь более умеренными способами.

Женщина, на первый взгляд кажущаяся спокойной, консультировалась у врача по поводу жестоких менструальных болей, сопровождающихся судорогами, тошнотой и рвотой. Во время разговора с врачом она спросила, можно ли ей взять домой семь бутылочек Ferrum phosphoricum, который был прописан раньше для её сына от ушных болей. «Вы уверены, что вам нужно иметь семь», — спросил врач. «Да, мне так легче, — ответила она. — Я тогда смогу держать бутылочки повсюду в доме, и в кармане, и в машине. Значит, я смогу найти лекарство в любое время и в любом месте, и мне уже не нужно будет волноваться». Сразу стало очевидно, что её лекарство — это Arsenicum album.

Ещё один объект беспокойства Arsenicum album — это деньги. Имеет он их или не имеет, он очень много о них говорит или думает, часто жалуясь на свою бедность или на высокий прожиточный минимум. Его любовь к деньгам сильнее, чем у большинства конституциональных типов, он даже может быть «жадным» (Геринг). В то же время он очень порядочен в финансовом отношении. Он не выносит быть в долгу и с большими трудностями для себя выплачивает всем своим кредиторам, даже когда они на него не оказывают давления (в противоположность Phosphorus). Так же, как и Sulphur, он может скупиться на один доллар, не желая его тратить, даже когда он у него есть. Arsenicum album может заявить, что у него нет возможности приобрести какую-нибудь желаемую вещь или сделать необходимые расходы. Но в то время, как Sulphur цепляется за деньги из принципа, для удовольствия и для ощущения власти, которую они обеспечивают, у Arsenicum album совсем другие побуждения и причины, — 'он «боится бедности» (данное лекарство следует занести в эту рубрику в «Реперториуме» Кента). Так, женщина Arsenicum album прикладывает долларовый счет с обратной стороны занавесок или кладет его в книгу или корзину с шитьем просто для того, чтобы он там был на случай необходимости. Ребенок обеспеченных родителей, обучаясь в старших классах или колледже, вынужден идти на обременительную работу, которая не так уж и необходима, для того, чтобы помочь оплатить расходы на своё образование. Будучи всегда добросовестным, Arsenicum album, не щадя сил, развивает своё умение так, чтобы стать незаменимым работником. Он даже тратит свои вечера, выходные и отпуска на приобретение второй профессии или развивает своё хобби как второй источник прибыли в случае необходимости. Он не мастер на все руки (Sulphur), а скорее мастер в нескольких областях и любит держать как минимум «две стрелы» одновременно в любое время.

Эти укрепления против неопределенности судьбы могут быть выстроены подсознательно, а могут быть рационально обдуманы и систематизированно внедрены в качестве защиты против того, что он рассматривает как вражеское окружение. Как часто бывает с Natrum muriaticum, Arsenicum album преследует чувство какой-то глубокой небезопасности, ему кажется, что враждебные силы разрушат его благосостояние, как только он на минуту ослабит свою бдительность. Он не верит в удачу или (если он религиозен) не полагается на Бога, а полностью полагается только на свои собственные усилия и на средства защиты, описанные ранее, так что только какая-нибудь непредвиденная катастрофа может повлиять на него. Следовательно, хотя он и заявляет, что спокоен и уверен в себе, но тщательно разработанные им методы защиты свидетельствуют о присутствии скрытого беспокойства.

Пациенты могут и не проявлять заметного беспокойства, сильной боязни или страха, особенно в тех случаях, когда Arsenicum album в них смягчен чертами других конституциональных типов. Например, Pulsatilla делает его более мягким, Calcarea carbonica — менее беспокойным, а Lycopodium — более сконцентрированным и независимым. Но Arsenicum album — это упруго сжатая пружина, и определенная напряженность остаётся в человеке, как бы он ни был закамуфлирован, какой бы сдержанной и безмятежной ни была его наружность. Скрытое беспокойство можно различить в его глазах, когда разговор касается того, что его задевает, во внезапных и неконтролируемых вспышках страха или тревоги или по особой натянутости в разговоре и поведении пациента. Он может признаться, что «скрипит зубами по ночам» (Кент) оттого, что не может отвязаться от проблемы, и оттого, что упорно беспокоится о минувших поступках: «Ясно ли я выразил свою точку зрения? Правильно ли я поступил? Правильно ли я сделал выбор?» (Nux vomica). Его мысли без конца возвращаются к прошлым принятым деловым решениям, семейным недоразумениям и т. п., что он рассматривает со всех сторон, перебирая все возможные способы, какими бы он мог улучшить положение. Но в отличие от Calcarea carbonica, который испытывает безнадежное беспокойство по мелочам, не вырабатывая конструктивных решений, Arsenicum album обычно рассматривает несколько эффективных альтернатив.

У некоторых людей беспокойство проявляется только во время болезни. К врачу пришел школьник по поводу жгучей мокнущей экземы на руках. Уравновешенный спокойный нрав этого мальчика неизменно приводил к тому, что его всегда выдвигали в школе на первые места и роли. Болезнь у него была выражена в не слишком тяжелой форме, но он был в панике и, казалось, впервые в своей жизни потерял над собой контроль. На Arsenicum album указывала и его бешеная нетерпимость к болезни и требование, выраженное словами, немедленно избавить его от неё. Когда ему назначили Arsenicum album в умеренно низком разведении для ежедневного приёма (кожные заболевания реагируют лучше и с меньшими ухудшениями на низкие разведения; относительно других предосторожностей при назначении см. «Краткий курс изучения гомеопатии» Хаббарда), пациенту постепенно стало лучше.

ПРИВЕРЕДЛИВОСТЬ

Далее разговор пойдет о хорошо известной «привередливости» (Кент) Arsenicum album. Более чем любой другой конституциональный тип, за исключением, возможно, Nux vomica, Arsenicum album придирчив и чрезвычайно «беспокоится о мельчайших деталях» (Ганеман).

Чем хуже он себя чувствует, тем более суетливым становится по поводу мелочей; любой, даже малейший беспорядок усиливает его физические и психические симптомы. Домашнюю хозяйку, лежащую в постели с жестокой болью, мучит мысль о том, что картошка к обеду почищена не так, как надо, или что для стирки в машине использован менее подходящий кусок мыла. Она испытывает муки при виде открытой двери туалета, или ящика стола, или (как замечает Кент) при виде криво висящих на стене картин. Это тот самый тип человека, который, войдя в дом к другу, начинает выравнивать картины на стене или переставлять предметы на столе. Она становится властной и требовательной, настаивая на том, чтобы её приказания выполнялись немедленно и чтобы всё было «так, как надо». Больной мужчина Arsenicum album встаёт, шатаясь, с постели, чтобы заняться неистовыми поисками каких-то именно ему нужных щипцов, выбрасывая всё из ящиков и переворачивая дом вверх ногами в течение многих часов. Другая пара щипцов ему не подойдет; он должен найти именно ту пару щипцов, а если он её не найдет, то должен знать, что с ней произошло. В этом часто присутствует элемент капризности: «Когда всё сделано, чтобы выполнить его желание, тогда малейший пустяк становится достаточным поводом, чтобы изменить его настроение» (Аллен).

Один четырехлетний мальчик с тонкими чертами лица, с тоненькими и прозрачными, как стебельки салата, руками и ногами и с мелкими венами, проступающими сквозь его алебастровую кожу, страдал тяжелыми заболеваниями груди, которые вынуждали его проводить ползимы в постели. Первым симптомом его болезни, прежде чем она проявлялась на физическом плане, было его суетливое беспокойство. Оно вызывалось тем, что книги в его комнате не поставлены на место, что салфетка сложена не так как надо или ему дали не ту ложку для еды. Он впадал в истерику, если кто-нибудь шел по лестнице не по той стороне! Если он принимал Arsenicum album на этой начальной стадии, то его болезнь либо полностью проходила, либо проявлялась в очень легкой форме. Это прекрасный пример того, как психические симптомы предшествуют физическим и как можно избежать проявления болезни на физическом уровне с помощью гомеопатических препаратов, назначенных в начальный период.

Ещё одной чертой, выражающей привередливость Arsenicum album, является его манера говорить: он выражает свои мысли чётко и элегантно. Речь женщины часто бывает быстрой, чётко артикулированной и носящей характер «обрывочной речи». Но хотя она может говорить так же быстро, как Lachesis, тем не менее речь её не производит впечатления поспешной, так как она более контролируемая, а дикция более четкая. Эта личность беспокоится также и о том, чтобы её правильно понимали, и очень придирчиво относится к точности в словах. Если жена говорит: «Наши друзья покупают дом на нашей улице напротив», то муж-Arsenicum album обязательно поправит её: «Они подписали контракт на половину дома, а это не одно и то же» (педантичный Sulphur тоже может играть словами по поводу неточностей в речи). Именно он оставляет записку с точными инструкциями, как попасть в определенное место с приложением красиво начерченной карты и с добавлением в конце: «Надеюсь, что эти объяснения вполне понятны и я ничего не пропустил». У одного пациента, принесшего безупречно чистый перечень своих симптомов, врач спросил: «Вы никогда ничего не вычеркиваете, не правда ли?» «О нет, нет! — услышал он в ответ. — Если я делаю ошибку, то переписываю заново весь список».

В одном трудном и запутанном случае странная придирчивость послужила ключом для определения правильного назначения Arsenicum album. Оказалось, что пациентка, хронически больная женщина, нуждается практически во всех полихрестах, существующих в медицине, но в беседе с ней выяснилась одна её давняя привычка писать и переписывать личные письма, не посылая их. Когда её спросили о причине такого поведения, она ответила, что это происходит из-за боязни, что она не смогла выразить свои мысли в словах должным образом. Поэтому она и переписывает письма, чтобы выразить свои мысли более точно, но потом содержание письма уже частично устаревает и требуется написать уже другое письмо, требуется ещё одна редакция… и т. д. Мало кто, кроме Arsenicum album, когда-либо станет переписывать письмо, чтобы затем не отослать его.

Natrum muriaticum может проявлять подобное же внимание к письменной речи, но исходит скорее из боязни быть неправильно понятым или истолкованным, кроме того, он чувствует вину, если не пошлет письмо, в то время как Arsenicum album остаётся совершенно спокойным, так как считает, что недостаточно хорошее письмо посылать не следует.

Нет пациента более старательного и добросовестного в описании своих симптомов, чем Arsenicum album. «У меня слабо выраженная диарея с судорогами, появившимися с того времени, когда я путешествовал по Мексике семнадцать месяцев тому назад. У меня есть подробная запись, как часто я хожу в туалет, в какое время и какой у меня стул, который не всегда одинаков. Между прочим, как бы вы истолковали эти различия? Я записал также, как долго тянутся судороги. Вот всё это здесь, в моем дневнике, если вы хотите на него взглянуть». Он помнит не только подробности каждой зависимости и все сопутствующие ей ощущения, но также день и час, даже минуту появления нового симптома. «Ваше ухудшение началось через неделю после того, как вы приняли лекарство?» — спрашивает врач. «Нет, не через неделю. Через неделю и один день — восемь дней с половиной фактически, потому что головная боль началась во вторник в 8.30 вечера, а вы дали мне конституциональное лекарство около 10.00 утра в понедельник на прошедшей неделе».

Один пациент принес отчет на многих страницах, отпечатанный ровными столбцами и подчеркнутый чернилами определенного цвета, в которых были представлены изменения всех его симптомов в течение недели с момента его предыдущего визита к врачу.

ОДЕРЖИМОСТЬ, НЕИСТОВСТВО ИНДИВИДУУМА

Огромное физическое беспокойство и острые боли при заболеваниях — это ключ к Arsenicum album (Rhus toxicodendron, Aconitum). Ганеман описывает пациента, который мечется в постели: «Одержимый сильным беспокойством, он вертится и крутится, не находя покоя нигде, постоянно меняет своё положение». Или он должен встать и начать бродить по дому, меряя шагами комнаты, переходя из одной комнаты в другую, ложась то там, то здесь, то в одной постели, то в другой или из постели на кушетку и снова назад. Это беспокойство усугубляется, когда он ложится спать ночью, особенно около полуночи. Этот хорошо известный симптом может быть настолько сильным, что неистовое перебегание по всей комнате можно почувствовать, даже говоря с ним по телефону. И может быть обратное: может быть такая слабость и упадок сил, что он «слишком слаб, чтобы метаться так, как того требуют его острая боль и беспокойное желание» (Геринг).

Временами беспокойство Arsenicum album отражает его отказ покориться болезни, и, конечно, эта борьба ещё больше изматывает его истощенный организм и препятствует выздоровлению. Никто так не борется с простым гриппом, как Arsenicum album, который в своём сердитом нетерпении на заболевание громко жалуется, что не может выдержать этого больше и уж лучше умереть, чем подвергаться такому нездоровью. Но одна или две дозы Arsenicum album восстанавливают физическое равновесие и эмоциональную гармонию. Пациент перестаёт бороться и, подчиняясь нормальному течению болезни, выходит на путь выздоровления.

Временами Arsenicum album (как в острых, так и в хронических случаях) сначала уменьшает неистовое беспокойство пациента, но провоцирует коллапс. В течение многих дней человек не способен работать и двигаться. Таким образом, лекарство заставляет переутомленного пациента замедлить свои действия, отдохнуть и поспать, создавая возможность для выздоровления.

Иллюстрацией вышесказанному является случай с постоянно гастролирующим известным скрипачом, которого напряженный режим гастролей, преподавания и записей в студии довел до нервного истощения. Он не мог ни есть, ни спать, нервы его были расшатаны, и он постоянно жаловался на учащённое сердцебиение. Доза Arsenicum album в высокой потенции уложила его в постель на две недели — трудное испытание для всех, кто был связан с этим человеком, поскольку далее врача он дважды в день открыто оскорблял по телефону: «Я никогда в жизни не чувствовал себя таким слабым! Как я могу надеяться, что останусь жив? Что, если мне никогда не станет лучше?»

Между прочим, язык — это тот единственный орган у Arsenicum album, который работает в полную силу почти при всех заболеваниях. «Визги» или «жалостливые стенания» пациента (Ганеман) могут быть безостановочными (Ignatia), а уж беспокоясь о своём здоровье, он не стесняется в выражениях. Некоторые в подобных случаях даже говорят врачу, что они его «ненавидят» и никогда не простят ему того, что с ними сделало лекарство.

Скрипач, однако, был вынужден оставаться в постели и подчиняться указаниям врача, поскольку он был слишком слаб, чтобы делать что-либо ещё. Он как-то всё же выбрался из кризиса и, поскольку тот миновал, обнаружил, что снова может есть и спать и что симптомы сердечных нарушений почти исчезли. С тех пор он стал преданным последователем гомеопатии. Общеизвестно, что задав врачу тяжелую задачу своим поведением, Arsenicum album обычно приходит в себя и превращается в преданного и интеллигентного пациента.

Без лекарства для смягчения его стиля жизни по принципу «ничего не откладывай несделанным» беспокойство может превратить Arsenicum album в одержимую личность. Как Гадаренова свинья, он мчится сломя голову к собственной погибели, постоянно ставя себя в положение отчужденности от друзей и семьи, теряя работу и здоровье. Одна молодая женщина пришла к гомеопату с жалобой на упорные сыпи вокруг губ и язвы во рту, но ещё более серьезными были проблемы с её психикой. Даже будучи честным человеком, достаточно умным и хорошим работником, она не могла удержаться ни на одной работе, и причина этого вскоре стала ясна. Её постоянная манера говорить о работе, некомпетентности окружающих, неравенстве в оплате и неравномерной загруженности — всё это напоминало Старого Моряка Кольриджа. Врач инстинктивно отпрянул от её скучных длительных излияний и критического буравящего взгляда («Я боюсь тебя, Старый Моряк»).

Как правило, всё замечающие голубые глаза Arsenicum album насквозь видят собеседника. Иногда их слабый свет может быть почти металлическим, блеском серой стали или пылающим голубым огнем, приковывающим внимание людей. Человек с карими глазами также обладает отчетливо острым, быстрым, обеспокоенным, как бы ничего не упустить, взглядом. Эта яркость отличается от яркости Phosphorus, поскольку у Phosphorus глаза светятся мягко или сверкают и искрятся, как бы обнимая то, на что смотрят, а пронзительный взгляд Arsenicum album пригвождает на месте.

Именно таким поблескивающим взглядом пациентка «сверлила» врача, когда пересказывала ему свою историю: как всю работу сваливали на неё и как она делала вдвое больше, чем другие. Без сомнения, это была правда, поскольку Arsenicum album просто просит, чтобы ему дали больше работы. Но она не вызывала сочувствия, и потребовалось много доз лекарства, прежде чем эта просто голодная на Arsenicum album пациентка оставила свою давящую манеру общаться и перестала всех отпугивать. В этой связи стоит упомянуть, что данный препарат хорошо воспринимается организмом при повторных назначениях, даже когда он прописывается конституционально.

Проявляющий сверхрвение, сверхдобросовестность неугомонный бизнесмен, юрист, доктор или маклер, который работает долгие часы без перерыва, не способный остановиться, очень часто оказывается Arsenicum album (также Nux vomica). Хотя он сделал столько, сколько двое других работников, он «недоволен весь день и чрезвычайно волнуется, полагая, что работал недостаточно много и горько упрекает себя в этом» (Ганеман). Sulphur, Natrum muriaticum и другие обладают равноценной работоспособностью, но только одержимая обязательная манера работать делает Arsenicum album уникальным и является характерным признаком, указывающим на это средство. Lachesis, который также проявляет почти маниакальную работоспособность, отличается от Arsenicum album в выполнении своих экстраординарных подвигов тем, что не кажется после этого уставшим и истощившим свою энергию.

Преуспевающий юрист лечился от алопеции ареата (выпадение волос пучками). У него не было никаких примечательных симптомов, кроме одного ярко выраженного психического: последнее время он принялся работать по 18 часов ежедневно, приходя домой около полуночи и затем вставая в 6 утра, чтобы сразу же отправиться на работу снова. Он не был неудачлив в своей семейной жизни, а был ей вполне доволен и не желал перемен. Просто ему нравилась его работа, и он работал, как дятел, который весело стучит по дереву весь день, не останавливаясь («склонность к деятельности», Геринг), и едва замечал долгие часы работы. «Я чертовски упорный работник», — говорил он жизнерадостно.

Одна сверхдобросовестная пациентка рассказывала, как в детстве ей потребовался целый год для того, чтобы окончательно убедиться, что она умеет заправлять постель по утрам, не снимая с неё все полностью и не начиная с самого начала, а просто подтянув простыню и одеяло и все подравняв.

И в самом деле, Arsenicum album не работал бы так упорно, если бы ему это не нравилось. Он не тот человек, который согласится выкладываться, если только он сам это не выбрал, хорошо зная, как позаботиться о своём комфорте и о своих интересах, в отличие от Natrum muriaticum, который берёт на себя несвойственную ему и неинтересную работу из чувства долга.

Arsenicum album не только подействовал так, что волосы начали расти снова на облысевших местах, но и как побочный эффект вынудил его приходить с работы, по крайней мере, к ужину. Никакие мольбы или увещевания жены до этого на него не могли подействовать. Только лекарство сгладило неумеренность в его рабочих привычках и при помощи вновь приобретенной сознательности заставило его откликнуться на нужды семьи.

У этой личности часто бывают трудности в определении счастливой середины в его рабочих привычках. Он не только любит работать много и перерабатывать, но любит также по этому поводу и постонать. Чем большую ответственность он на себя взваливает, тем он счастливее. Таким образом, человек этого типа иллюстрирует общеизвестную в мире бизнеса истину о том, что если появилась работа, которую необходимо сделать быстро, то её нужно поручить самому занятому человеку в конторе (т. е. Arsenicum album).

Но в то время, как колоссальный внутренний порыв Arsenicum album создаёт видимость огромной силы, как у Sulphur или Lachesis, на самом деле он поддерживается в большей степени «нервной энергией» (Борланд), чем настоящей выносливостью. «Мне часто кажется, что я как будто мчусь на полной скорости с пустым баком», — такое образное подтверждение вышесказанному дал один из пациентов. Он колеблется между полной отдачей на работе и полным после этого изнеможением; однако, как только он приходит в себя после болезни, он тут же набрасывается на дела с прежним рвением.

Пациент среднего возраста проходил курс лечения от повторяющихся приступов стенокардии. Пытаясь установить причину последнего приступа, врач обнаружил, что пациент в настоящее время работает на трех работах: днем он работает программистом на вычислительных машинах, преподает свой предмет в вечерней школе и продает недвижимое имущество по выходным дням. Сам пациент объяснял это финансовой необходимостью, но его жена возражала: «Совсем нет. Просто он не может быть счастлив, пока не вынудит себя работать до полного изнеможения, а затем впадает в отчаяние от того, что переутомился. Если гомеопатия смогла бы просто изменить его безумный, самим себе навязанный стиль жизни, то я уверена, что у него прошли бы его приступы» (Arsenicum album именно это и сделал).

У таких пациентов в выходные дни даже появляются головные боли от того, что они не могут пойти в контору на работу. Некоторые заболевают во время отпуска или становятся беспокойными и раздраженными, когда «расслабляются» на пляже, — они не могут дождаться того момента, когда опять смогут заняться любимым делом.

Не может ли это быть причиной одной из зависимостей Arsenicum album — «ухудшение на берегу моря», — замеченной ещё Кентом? Ведь не местным жителям — рыбакам, фермерам или торговцам — становится хуже на берегу, а тем, кто приезжает на отдых.

Arsenicum album — это единственный крупный полихрест, который не внесён у Кента в рубрику «отвращение к работе», и может пройти 10 лет и более, прежде чем он возьмет бюллетень по болезни. Когда Arsenicum album находится в стрессовой ситуации, в состоянии пониженной жизненной активности или в состоянии отчаяния, для него самое надёжное и эффективное средство лечения — это погружение с головой в работу. Это его панацея. Для некоторых личностей работа заменяет эмоциональную жизнь. Люди, которые, будучи неженатыми или незамужними, не чувствуют себя одинокими и несчастными, старые девы, которые радуются какому-нибудь своему призванию или которые занимаются своим домом или садом, старые холостяки, которые приходят в ужас при мысли об уходе с работы на пенсию, художники, которые счастливо живут в одиночестве, — это часто личности типа Arsenicum album. В работе они находят смысл и удовлетворение, которые другими конституциональными типами признаются только в человеческом общении. А некоторые из Arsenicum album настолько со временем погружаются в работу, что постепенно теряют контакт с людьми и у них даже развиваются некоторые «мизантропические» склонности (Геринг), но не нужно их путать с «одиночкой» — Natrum muriaticum.

Это не значит, что Arsenicum album менее способен на любовь и глубокие чувства, чем другие конституциональные типы. Фактически, и мужчина, и женщина могут быть исключительно настроены на семью, особенно сильно привязаны они к своим детям. Просто ему не обязательно нужны близкие человеческие узы. Работа обеспечивает ему достаточное эмоциональное удовлетворение, как это бывает у некоторых Sepia или ученых Sulphur и Lycopodium.

Однако обратной стороной нарисованной картины может быть «его потребность в людях» («ищет компаний», Беннингхаузен, Кент). Подобно Phosphorus и Pulsatilla, он ненавидит возвращаться в пустой дом и может впасть в панику или бешенство, если ему приходится хотя бы короткое время испытывать одиночество: «ужас смерти в одиночестве» (Геринг), «приступы большого страха остаться одному» (Беннингхаузен); фактически Arsenicum album и Phosphorus — единственные лекарства, напечатанные жирным шрифтом у Кента под рубрикой «беспокойство, когда в одиночестве». Но даже здесь его потребность в обществе людей выплывает на поверхность, особенно когда он болен, не способен сосредоточиться на работе и страстно стремится отвлечься от своих мыслей в контактах с людьми.

Его внутренние неистовые стремления не дают ему почить на лаврах и наслаждаться своими достоинствами. В то время как Phosphorus, Lycopodium и Sulphur греются в лучах успеха и выезжают на обеды по этому поводу в течение недель, Arsenicum album теряет интерес к достигнутому сразу после того, как это произошло. Юноша после того, как выиграл в теннис все медали в местном клубе или получил все школьные призы по определенному предмету, полностью теряет к этому интерес и обращается к какому-нибудь новому виду деятельности. В любом возрасте его глаза направлены куда-то на дальний горизонт или, как минимум, на следующую цель. Триумф или успех — это просто ещё одна ступенька в бесконечном процессе (в основном, навязанных самому себе) обязательных достижений. Никакие успехи не могут утихомирить это неистовое стремление, потому что оно идёт изнутри и не может быть удовлетворено одобрением извне. Без сомнения, он ищет признания так же сильно, как и другие, и не откажется от него, когда оно заслужено, но не это его главная цель и основной источник удовлетворения. Он чувствует, что признание только задерживает его, в то время как ему необходимо всегда двигаться вперед.

СТРЕМЛЕНИЕ К СОВЕРШЕНСТВУ

К чему стремится Arsenicum album? Что заставляет его двигаться дальше? Ответ таков: совершенство. Это человек, стремящийся к совершенству. Пациенты сами признают это. Отсюда его непрекращающееся и неутихающее движение к новым рубежам. Стремление к совершенству заметно даже у ребенка, который бывает необычайно настойчив и добросовестен: и в том, как сверхаккуратно прибирает комнату, и как держит свою одежду в безупречном состоянии (самые нервные и привередливые впадают почти в истерику, если запачкают или прольют что-нибудь себе на одежду), и в том, как настойчиво переписывают буквы и цифры в свою тетрадь. Он проявляет удивительную для его возраста самодисциплинированность, проводя много часов за музыкальным инструментом, повторяя снова и снова одни и те же упражнения до тех пор, пока не добьется правильного звучания. Он может плакать от изнеможения и топать ногами в негодовании при повторяющихся неудачах, но полностью бывает захвачен дотошностью исполнения, которая при этом требуется.

В бледном, усталом и болезненном ученике можно определить ребенка или подростка типа Arsenicum album по тому, что он идёт первым в классе по всем предметам. Не удовлетворяясь простым получением хороших оценок, для чего ему, как правило, не требуется затрачивать особых усилий (как это обычно делают Phosphorus или Sulphur), он стремится получить наилучшие оценки, затратив все силы. Для экзаменационного ответа он прочтет 10 книг, когда вполне достаточно трех или четырех. Он готовится тщательно к каждому школьному упражнению или контрольной, изучая материал со всех точек зрения; или он может потратить несколько дней на переписывание рассказа на три странички, делая его совершенным в литературном отношении. Таким образом, сверхтщеславный и добившийся признания индивидуум часто является человеком типа Arsenicum album.

Один студент, занимавшийся в колледже и лечившийся у врача-гомеопата от астмы, объяснял, что он вынужден быть сверхподготовленным к контрольной работе, поскольку, если он не будет знать хотя бы одного из десяти вопросов, то он уже будет не способен сосредоточить своё внимание на остальных девяти.

То же стремление к совершенству обнаруживается и у взрослого человека, захваченного какой-нибудь навязчивой идеей, который настойчиво работает над её воплощением в жизнь, постоянно что-то к ней добавляя, переделывая её десятки раз, иногда полностью не удовлетворённый тем, что он сделал раньше, но не способный оставить её и заняться чем-нибудь другим. Типичным в этом плане является профессор, без конца переписывающий свои лекции. Он знает, что студенты не оценят эти заметки на полях, но это ничего для него не значит — он старается удовлетворить своё внутреннее стремление к совершенству, он не может спокойно жить, не закончив работу. Сознание, что какой-то важный кусочек знаний упущен, помешает ему прочитать лекцию должным образом.

Всё это символично для неумеренности этой натуры, его восторга перед многократным уничтожением. Однако, как бы ни были серьезны физические последствия такого перерасхода сил, они всё же предпочтительнее беспокойству от чувства не полной готовности.

Следовательно, преподаватель Arsenicum album является противоположностью более свободно себя ведущего преподавателя Phosphorus, который больше полагается на вдохновение и способен к импровизации. Он также отличается от преподавателя Sulphur, довольно красноречиво излагающего свои знания, но им не хватает систематизации и конкретности. Лекции Arsenicum album также отличаются от оригинальных, но часто хаотично изложенных лекций Lachesis или Natrum muriaticum. Материал Arsenicum album всегда хорошо продуман. Очень часто он вручает красиво отпечатанные основные положения и расписания своего курса, которых затем неизменно придерживается.

Для того, чтобы ещё больше провести различия в манере преподавания, добавим, что Phosphorus и Sulphur обычно импровизируют по тому предмету, который им хорошо знаком, а иногда даже и по предмету, им не знакомому. Natrum muriaticum больше похож на Arsenicum album, ему нужно быть сверхподготовленным даже для самого неформального выступления. Но в то время, как он сверхтщательно готовится из-за своей неуверенности или страха показаться смешным, Arsenicum album стремится к совершенству. Вдохновенный оратор-Lachesis является сам для себя законом.

Пациент, лечившийся препаратом Arsenicum album от аллергии и сенной лихорадки, был одним из тридцати претендентов на пост профессора истории и теории музыки в местном университете. Одним из условий конкурса было представление образца одночасовой лекции на факультете, и он решил представить анализ развития действия сонаты Гайдна. Он явился на конкурс с портфелем, содержащим:

1) магнитофонную запись произведения для прослушивания на университетской аппаратуре;

2) его собственную кассету и кассетный магнитофон на случай, если университетская техника не сработает должным образом;

3) конспект своей лекции и детальную программу предполагаемого курса на весь год в достаточном количестве копий для всех присутствующих;

4) дополнительную запись на магнитофонной ленте, кассету и ксерокопированный текст лекции о прелюдии Шопена на случай, если на факультете предпочтут лекцию о Шопене.

Затем он представил свой чёткий анализ и элементарное раскрытие темы — каждое слово взвешено, каждая фраза отработана. Это был сверхорганизованный Arsenicum album, готовый ко всякой случайности, — образец добросовестной подготовки (он оказался тем кандидатом, которого и выбрала комиссия).

В связи с этим можно отметить, что у обязательного Arsenicum album бывают характерные с этой точки зрения ночные кошмары («сны, переполненные заботами», Ганеман) об экзаменах, собраниях и встречах, при которых требование точного следования расписаниям имеет первостепенное значение, — он изучил не тот материал, который требуется на экзамен; событие произошло на день раньше, чем он ожидал, так что он пропустил его; дверь в лекционный зал заперта, и он не может туда попасть; он не может найти нужную комнату или знакомый дом, где проходит собрание; лифт не останавливается на том этаже, где находится нужный ему лекционный зал и т. д. Любые сны об опоздании, неподготовленности к путешествию, пропуске поезда, самолета или назначенной встречи у хорошо организованного человека могут служить указанием на необходимость назначения Arsenicum album.

В состоянии бодрствования его также может преследовать страх опоздать или пропустить событие. Со своей беспокойной пунктуальностью он не оставляет места для случайности и выходит заранее, направляясь в школу, на работу или назначенную встречу, не допуская, чтобы из-за непредвиденных случайностей в дороге он мог опоздать.

Arsenicum album можно часто встретить среди конституционального состава исполнителей-солистов. И хотя он остаётся напряженным и нервным в течение всего выступления (в отличие от Phosphorus, который по природе своей чувствует себя лучше на сцене), он достигает исполнительских вершин благодаря своему честолюбию, способности сконцентрировать внимание на деталях, желанию упражняться долгие часы подряд и сверх всего — благодаря своему стремлению к совершенству. Это то, что поддерживает его в ревностной, временами рабской работе солиста. Понятно, что такая карьера создаёт или развивает сторону Arsenicum album в человеческой натуре.

Пианист Владимир Горовиц — это Arsenicum album по своему хорошо известному вдохновенному исполнению и стремлению никогда не сыграть ни одной неправильной ноты во время выступления, а также по его обеспокоенному, почти тревожному выражению глаз, особенно ярко заметному, когда он был молодым. Артур Рубинштейн, который в основном имел черты Phosphorus, известный своим сверкающим бесшабашным поведением, мог ударить сразу дюжину не тех клавиш во время выступления, и его это не волновало, поскольку он более заботился о музыкальности исполнения, чем о технически точной игре.

Однако в зрелом возрасте он сам стал личностью, более соответствующей типу Arsenicum album, и почувствовал стремление к большей точности исполнения под влиянием феноменального искусства молодого Горовица.

В исполнительском искусстве, как и в других сферах деятельности, Arsenicum album имеет тенденцию испытывать резкий спад, упадок сил после значительных достижений или успешных выступлений. Напряжение при исполнении, волнение и страх теперь берут своё («тревога, когда от него чего-либо ждут», Кент), и натянутые нервы требуют полного покоя. Он также в значительной степени подвержен испытывать классическую послетворческую депрессию, психологический спад, объясняемый вакуумом, образовавшимся после того, как напряженная творческая работа завершена. Куда теперь ему направить свою нервную энергию и беспокойные стремления? Ничего не остаётся как заболеть. И более того, даже если другие рассматривают его исполнение как триумф, он оценивает себя по своим собственным критериям совершенства и страдает при воспоминании о каждой неудовлетворительной ноте, жесте или фразе.

Хотя самокритика, очевидно, и является необходимой в любой художественной или научной деятельности, Arsenicum album стремится к тому, чего большинству людей не достичь. Его отказ допустить несовершенство в человеке делает его сверхкритичным по отношению к другим («не может не говорить о недостатках других», Ганеман), а также к себе и доводит его до изнеможения, острых болей и отчаяния. Следовательно, это одно из первых средств, которое врачу-гомеопату следует иметь в виду при тяжелых случаях самопрезрения и ненависти к себе, которые в соединении с отчаянием и упадком ведут к появлению импульсов к самоубийству «повешением» (Беннингхаузен) или при помощи ножа: «желание убить себя, всадив нож, после полуночи» (Аллен), или обдумывается самоубийство при помощи огнестрельного оружия на том основании, что это быстрее и менее болезненно. Яркий пример душевной боли и артистического отчаяния Arsenicum album, доведённого до крайности, — случай с Ван Гогом, который в приступе безумного отчаяния отрезал себе ухо и впоследствии застрелился.

Со своим отчаянным стремлением достичь совершенства и быть «самым лучшим», Arsenicum album может проявлять сильные черты соперничества. Как самыми изощренными, так и грубыми методами Arsenicum album постоянно должен утверждаться в том, что он лучше других. Студент, помешанный на оценках и без конца обсуждающий их, очень часто бывает Arsenicum album, как и тот индивидуум, который старается повысить собственную ценность, критикуя окружающих («расположен обсуждать погрешности других», Геринг), или тот, кто обретает чувство некоторой безопасности благодаря тому, что сталкивает возможных соперников вниз — на самом верху есть место только для одной персоны, а именно для него самого, и он не потерпит там соперничества. Эта борьба духа и решимость выиграть во что бы то ни стало часто отражается в вызывающем и непоколебимом выражении глаз — будь то юный спортсмен, следователь или просто мать, стремящаяся к соперничеству.

В любой ситуации он не может устоять, чтобы не быть на несколько шагов впереди других. Даже внутри семьи гордый отец говорит сыну, получив его аттестат с хорошими оценками: «Все только «5 с минусами», это замечательнно! Но когда я был в твоем возрасте, я обычно приносил домой все «5».

Соперничающий Arsenicum album может стремиться быть модным. Всегда на самом острие всего модного в интеллектуальном мире, он отказывается отставать в чем бы то ни было. Он всегда всё знает, всегда в курсе новейших театральных, образовательных, физкультурных или медицинских увлечений, и его агрессивная позиция во всём модном отпугивает всякого, кто не поступает так же, как он («Вы видели последнюю пьесу такого-то?», «Что? Вы хотите сказать, что не читали недавно вышедшую книгу о том-то?», «Как, разве вы ещё не пробовали заниматься по новой программе физических упражнений доктора такого-то?»).

Гомеопаты размышляли над тем, почему Arsenicum album помещен у Кента под рубрикой «беспокоится о своём здоровье» только под первой степенью. Может быть, этот тип вёл себя иначе в прошлом веке? Одним возможным объяснением является тот факт, что в настоящее время священничество в основном уступило своё место терапевтам и психотерапевтам, как символам власти и престижности. Arsenicum album, который всегда чувствует «откуда ветер дует», обнаружил, что бывшие «угрызения совести», по которым Кент ставит Arsenicum album в высший разряд, сейчас уступили место и заменены более современной заботой о здоровье. Natrum muriaticum, который тоже всегда на передовых позициях изменений (вместе с Arsenicum album) или всегда на волне будущего (вместе с Sulphur), по-прежнему умудряется оставаться чем-то вроде чужака, вечно находясь на краю основных культурных сдвигов общества.

Родитель, который утомляет окружающих бесконечными перечислениями блестящих способностей и выдающихся достижений своих детей, часто проявляет присущее Arsenicum album стремление к соперничеству. Всё, принадлежащее его или её дому, саду, детям, работе, должно быть наивысшего качества и лучше, чем у кого-либо другого. Даже его болезнь должна быть особой или более серьезной, чем у других. Пациент заходит к врачу со словами: «Я не знаю, видели ли вы когда-нибудь что-либо подобное раньше… Три доктора, у которых я уже консультировался, сказали, что у меня одно из самых сложных аллергических состояний, какое они когда-либо встречали». Но в действительности осматривающий его опытный врач может чувствовать, что сильно разочарует Arsenicum album, сказав, что его болезнь не слишком серьезна и что ему не нужно особенно беспокоиться.

Один чудной старый джентельмен с самым обычным ревматическим состоянием сообщал в кабинете врача заговорщическим голосом: «Я представляю у вас случай совершенно уникальный; возможно, это будет самый трудный случай, который вы никогда ранее не лечили…». Затем, как если бы этого было недостаточно для установления типа Arsenicum album и, не желая услышать возражения врача, он продолжил: «Прежде всего я беспокоюсь обо всём: жизни, смерти, безопасности, деньгах, работе, здоровье…»

Однако существуют другие честолюбивые варианты Arsenicum album, когда человек проявляет полное отсутствие духа соперничества. Он будет настаивать (и его поведение это подтверждает), что он только хочет выделиться и не возражает, если другие тоже могут выделиться. Ребенок прибегает из школы радостно возбужденный тем, что двенадцать человек (включая и его самого) из его класса получили оценку «5» за контрольную работу по математике. Или преподавательница хореографии, которая ведет свою подающую надежды дочь к наивысшим достижениям, точно так же ведет всех своих других учениц. Она хочет, чтобы они все стали великими балеринами. Этот Arsenicum album часто наслаждается и аплодирует достижениям, превосходящим его собственные. Он ставит на пьедестал совершенство, в ком бы оно не проявилось.

Люди несовершенны, человеческие свершения несовершенны, природа сама далеко несовершенна, научные доктрины, казавшиеся ранее незыблемыми, вытесняются новыми теориями, эталоны этики и нравственности в политике и религии постоянно меняются — следовательно, то, что сегодня кажется верным, завтра может оказаться неправильным. Поэтому Arsenicum album приходит к выводу, что добиться совершенства можно только

    Смотрите также

    Самопроизвольные выкидыши
    Диагностика основана на: · определении сомнительных, вероятных признаков беременности: задержка менструаций, появление прихотей, нагруба7ние молочных желез, появление молозива. Данные в ...

    Нетрадиционные методы лечения сахарного диабета
    В настоящее время в печати появилось много публикаций о лечении сахарного диабета при помощи средств нетрадиционной медицины. Многие из этих рецептов, безусловно, являются полезными в качестве всп ...

    Лечебные свойства зеленого чая
    Зеленый чай уже употребляется на протяжении многих веков в Индии, Китае, Японии и Таиланде. В традиционной китайской и индийской медицине, практикующие использовали зеленый чай как стимулирующее, мо ...

     
    Copyright © 2010 www.medicus-amicus.ru. All Rights Reserved.